Вопреки бытующему мнению, лозунг «хлеба и зрелищ» возник вовсе не из глубин народ ных масс древнего Рима и отнюдь не является выражением единственно важных для них потребностей и нужд. Словосочетанием «panem et circenses» римский сатирик Ювенал определил тот чрезвычайно узкий круг средств, которым правители могущественной империи старались ограничиться в контроле над своими подданными. «В наш просвещенный век никто не удивляется тому, насколько просто удавалось владыкам времен Нерона и Калигулы сосредотачивать интересы публики на бесконечных пирах и схватках гладиаторов, заставив ее забыть о понятиях свободы, социальной справедливости или человеческих прав», — рассуждает нью йоркский публицист итальянского происхождения Александр Стилле. «Удивление вызывает тот факт, что сейчас, два с лишним тысячелетия спустя, римские власти снова пытаются обойтись теми же методами, дабы гарантировать себе общественное спокойствие и расположение населения. Современный экономический уровень Италии позволяет ее жителям не столь уж сильно беспокоиться о хлебе насущном, а монополизация информационных каналов дает возможность государственному руководствуотвлечь своих граждан от засилья коррупции, мафиозных разборок, неэффективности внутренней политики и других существующих в стране проблем, заняв их время и внимание телесериалами, развлекательными программами и футбольными матчами», — констатирует Стилле в закадровом тексте документального фильма, снятого по его сценарию американской компанией PBS. Фильм носит риторическое название: «Угрожает ли Берлускони итальянской демократии?».

28 мая 2003 года стало для всей Италии по истине праздничным днем. Шутка сказать: в финале Лиги чемпионов, самого престижного в Старом Свете клубного футбольного турнира, сошлись две команды с Апеннин — «Милан» и туринский «Ювентус». Взгляды и мысли всех итальянских болельщиков — всемирно известных «тиффози», к разряду которых с полным на то основанием причисляет себя подавляющее большинство народонаселения страны, были неотрывно прикованы к спортивной арене в английском Манчестере, где проходил этот исторический поединок. Конечно же, далеко не всем желающим удалось обеспечить себе условия для личного присутствия на знаменитом стадионе «Old Trafford», но, слава богу, существует телевидение, и у его экранов — в маленьких квартирах и фешенебельных домах, за стойками баров и на автомобильных стоянках — собрались в этот вечер миллионы экспрессивных итальянцев. И как только по окончании основного, дополнительного времени и серии послематчевых пенальти прозвучал таки финальный свисток судьи, зафиксировавший превосходство «Милана» со счетом 3:2, на этих экранах вроде бы ненавязчиво, но все же с достаточной частотой замелькал заранее приготовленный кем то из сидящих на манчестерской трибуне фанатов плакат: «Победа — это Берлускони». Особых возражений ни у кого не возникало — тем более, что смысл этой фразы можно было трактовать по разному, в зависимости от той ипостаси ее адресата, к которой она была обращена. Премьер министра Сильвио Берлускони можно было приветствовать как лидера страны, доказавшей свое безусловное первенство во всей футбольной Европе. Президент «Милана» миллиардер Сильвио Берлускони имел право на поздравления от многочисленных сторонников финансируемого, опекаемого и руководимого им клуба за этот громкий успех, связанный к тому же свыигрышем у старых соперников туринцев, ведомых владельцами автоконцерна FIAT из клана Аньелли. Ну а коммуникационный магнат Сильвио Берлускони бесспорно заслужил благодарность огромной аудитории соотечественников телезрителей, наблюдавших трансляцию этой игры попринадлежащим медиакоролю Италии телевизионным каналам.

Выбор цели

«Trahit sua quemque voluptas».
(«Каждого влечет своя страсть» — из Вергилия)

Интересно, что в самом начале своего жизненного пути и деловой карьеры кавальере Берлускони (а именно так сегодня именуют премьера императора и в среде электората возглавляемой им партии, и в журналистских кругах поддерживающих его СМИ) был предельно далек от политики, не видел перспектив в информационном бизнесе и не испытывал симпатий к «Милану». Родился Сильвио 29 сентября 1936 года в семье рядового служащего миланского банка, традиции которой не предусматривали ни выдающейся социальной активности, ни хоть сколько нибудь серьезных политических приверженностей и амбиций. По собственному признанию кавальере, в детстве и юности он был в меру спортивен и в меру интересовался футболом, отдавая предпочтение второму именитому клубу из своего родного города — «Интеру». Зато учился юный Берлускони весьма прилежно, после окончания средней школы поступил на факультет прикладной юриспруденции привилегированного миланского Университета Боккони, из которого вышел в 1961 году, имея диплом с отличием и профессию специалиста в рекламно информационной сфере.

Сильвио нравилась его профессия: он сам ее выбрал, и его личному, необычайно высокому самолюбию, как и его с молодости безграничному тщеславию, льстила возможность оперирования общественным сознанием с помощью разнообразного набора инструментов, предоставляемых источниками рекламы и массовой информации, — печатью, радио и телевидением. Но сделать на этом бизнес без солидного стартового капитала казалось нереальным, а поступать на работу в чужую — неважно, частную или государственную — фирму Сильвио не собирался. За годы студенчества он твердо уверовал в то, что может и должен заниматься только своим, исключительно приватным делом, полностью его контролируя и, со своей стороны, ни перед кем не отчитываясь. Италия начала 60 х годов испытывала острый дефицит в жилье, объектах коммунальной и промышленной инфраструктуры, спрос на недвижимость увеличивался день ото дня, а строительная индустрия переживала небывалый подъем. Эти обстоятельства и стали определяющими в выборе начинающим предпринимателем Берлускони исходного направления своей деятельности.

Уже через несколько месяцев после получения университетского диплома он организовал свою первую строительную компанию Edilnord и с неимоверной энергией принялся за снабжение ее выгодными заказами. Какие связи он при этом налаживал, в какие контакты вступал и какими методами пользовался — об этом официальная история умалчивает. Но так или иначе, за первое десятилетие своего существования Edilnord под предводительством Сильвио воплотила в жизнь не менее пяти крупномасштабных комплексных проектов общегородского значения, вошла в число отраслевых лидеров Милана (второго по величине муниципального образования страны и центра самой промышленно развитой области Ломбардия) и выросла во вполне преуспевающее предприятие. Таким образом, финансовые условия решения более интересных для Берлускони задач были соблюдены, и где то в середине 70 х он пришел к выводу, что настала пора приступать к выполнению «отложенных в долгий ящик» планов внедрения в медиабизнес.

«Пробный шар» был запущен в 1977 году, когда Сильвио прикупил долю издательского объединения Societ’a Europea Edizioni, став, в числе прочего, владельцем авторитетной ежедневной газеты «Il Giornale» и постепенно превратив ее в главный печатный орган пропаганды своей стратегии и политики, своих идей и концепций. Но к этому времени позицию наиболее действенного средства массовой информации уже заняло телевидение, и наблюдая за тем, как в одном лишь Милане начала стремительно разрастаться сеть частного локального телевещания, Берлускони понял, что его сограждане созрели для восприятия телевизионных программ как одного из видов товара, за который надо платить. С этого момента основное его внимание сфокусировалось на развитии систем коммерческого ТВ и продвижении их продукции по территории всей страны.

Первым сооружением на месте будущей телекоммуникационной империи Берлускони явилась созданная им в 1979 году радиотелевизионная компания Reteitalia (RTI), успеху которой призвана была способствовать (и в самом деле способствовала) деятельность возникшего одновременно с ней агентства Publitalia’80, которое было учреждено в целях рекламного обеспечения RTI и формирования для нее максимально эффективных, с точки зрения потребительского спроса, программ и расписаний передач. В 1980 году Берлускони приобретает самую известную тогда городскую телестудию TeleМilano и строит на ее базе первую в Италии общенациональную коммерческую телевизионную сеть Canale 5, мгновенно завоевавшую широкую популярность в разных городах и областях республики. Параллельно с этим процессом Сильвио берется и за возведение технологического фундамента своих медиавладений. Перспектива дальнейшей электронизации СМИ — и прежде всего телевидения — ему уже совершенно очевидна, а потому в качестве следующего шага на пути к осуществлению своих экспансионистских планов он берет под контроль одну из ведущих компаний итальянской электронной промышленности — Elettronica Industriale, располагающую научно производственными мощностями практически во всех экономически важных районах страны. Благодаря такой технологической поддержке в 1983 году начинает свои трансляции второй частный канал Берлускони — Italia 1, а в 1984 году — третий, Rete 4 (Retequattro).

Повсеместное присутствие

«Concordia parvae res crescunt, discordia maximae dilabuntur».
(«Малые государства в согласии растут, а великие в несогласии разру шаются» — из Саллюстрия)

По мере возрастания телевизионно коммерческих достижений росли и коммерческие аппетиты синьора Сильвио: расширяя завоеванные позиции на рынке печатной и эфирной информации и рекламы, продолжая заниматься жилищно-коммунальным строительством и операциями с недвижимостью, он последовательно распространяет свои интересы и на целый ряд других отраслей бизнеса — кредитно банковскую, рознично торговую, социально сервисную, зрелищно развлекательную и т. д. По свидетельству римского журналиста Бруно Веспе, автора книги «История Италии от Муссолини до Берлускони», к концу 80 х годов в общественно-экономической жизни Италии трудно было найти такую область, которая бы находилась вне сферы того или иного влияния Берлускони и подведомственных ему структур. За этот период под общей крышей предпринимательского хозяйства кавальере оказались десятки вновь образованных и присоединенных поего инициативе фирм и организаций: строительно инженерная Cantieri Riuniti Milanesi, финансово-инвестиционные Programma Italia и Mediolanum Assigurazioni, розничная Standa, театральная Teatro Manzoni, книгоиздательская Arnoldo Mondadori Editore, радиотрансляционная Radio Italia, видеопромышленная Videotime, футбольная A. C. Milan и, конечно же, телевизионные — французская La Chinq, германская Telefunt и испанская Telecinco. И все эти разногабаритные и разнопрофильные компании были включены в единый индустриальный механизм, введенный в действие в 1978 году и получивший название Fininvest Holding Co.

«Fininvest представляет собой классический образец современного монополистического конгломерата, — пишет еще один американский обозреватель и аналитик европейской экономики Рон Кауфман. — Штатные летописцы холдинга объясняют его успехи „необыкновенным коммерческим чутьем руководства и его стратегической дальновидностью, позволяющей заблаговременно реагировать на изменения массового спроса и колебания рынка, опережающими темпами осуществлять инновационные разработки и внедрять перспективные технические решения“. Понятно, что под словом „руководство“ в данном случае подразумевается, в первую очередь, сам основатель и владелец Fininvest Сильвио Берлускони, но несмотря на очевидно рекламную тональность подобных выводов, в общем и целом с ними трудно не согласиться. За тридцать пять лет своего активного участия в бизнесе Берлускони сумел практически из ничего выстроить корпорацию рыночной стоимостью в 17 млрд. евро с годовым доходом почти в 5 млрд. и 20 тысячным штатом сотрудников, которую без преувеличения можно считать одной из крупнейших в Италии и ведущих в мировой медиаиндустрии. И несомненно присущие ему коммерческое чутье и стратегическая дальновидность сыграли в этом прогрессе первостепенную роль: при всей диверсифицированности принадлежащего ему холдинга Берлускони является все таки информационным магнатом, а стал он таковым только потому, что вовремя понял, что информация в современном обществе — это и прибыльная отрасль, и огромная часть, и энергетический привод, и влиятельнейшая сила всей экономики». «Он контролирует телевидение, радио, прессу и книгопечатание. Принадлежащие ему источники информации действуют через космические спутники и Интернет. А если кто то сегодня хочет завоевать монопольное положение и сохранить это положение, он не найдет более эффективного способа избавиться от конкуренции, чем взять под контроль основные информационные ресурсы, — продолжает мысль Кауфмана уже цитировавшийся выше Александр Стилле. — Кавальере прилагает много усилий к тому, чтобы прослыть сторонником свободного рынка и равноправного предпринимательства. Но сейчас в Италии нелегко обнаружить признаки такой свободы и равноправия в тех секторах хозяйства, где присутствуют интересы Берлускони. А присутствуют они, по существу, везде».

Между тем, если оценивать предпринимательскую стратегию Берлускони с формально отстраненных позиций, обращает на себя внимание тот факт, что медиабизнес стал для него не «первым среди многих», а «единственно важным» направлением деятельности сравнительно недавно. Только после того, как в 1992 году получившие по всей Италии безоговорочное зрительское признание телеканалы Canale 5, Italia 1 и Retequattro добиваются государственной лицензии на 24 часовое прямое общенациональное вещание, их хозяин принимает окончательное решение о реструктуризации холдинга Fininvest и полной концентрации его организационно финансовых операций на развитии электронных СМИ. В ходе этого реформирования руководство холдинга распродает компании, занимающиеся строительством, торговлей, бытовыми и иными услугами, причисленными отныне к разряду «непрофильных», и начинает сооружать в самом центре уже существующей империи ее важнейшее и высочайшее здание — телевизионно телекоммуникационный концерн Mediaset.

Начальный этап построения концерна растянулся на три года, но за это время было произведено радикальное переустройство прежней системы информационных подразделений Fininvest и налажены взаимосвязи внутри и вовне новой интегрированной системы Mediaset Group. «Материнской» компании концерна — Mediaset SpA — были переданы студии общенационального телевещания, центры подготовки телевизионных программ, региональные службы технического обеспечения и ретрансляционные станции. А вокруг нее сосредоточились и уже известные структуры — радиотелевизионная сеть RTI, рекламная фирма Publitalia’80, ИТ корпорация Elettronica Industriale, — и специально сформированная инвестиционная группа Mediaset Investment, посредством которой предполагалось осуществлять финансирование новообразованного «имперского авангарда» Берлускони.

Средства не ограничены

«Non progredi est regredi».
(«Не идти вперед значит идти назад» — из Горация)

На недостаток инвестиций Mediaset жаловаться не пришлось: уже в момент дебюта на фондовой бирже Милана в июле 1996 года акции концерна ждал ажиотажный спрос, и с тех пор их котировки никогда не переживали каких бы то ни было катастрофических падений. Достаточно сказать, что на сегодняшний день количество индивидуальных и корпоративных акционеров Mediaset приблизилось к четверти миллиона, а сам концерн прочно закрепил за собой место в ежегодном рейтинге «World’s Top Companies» британской газеты «Financial Times». В такой атмосфере Берлускони мог без особого риска вкладывать немалые деньги в расширение и технологическое совершенствование главной фигуры своего обновленного холдинга. Но размер тех средств, которые в действительности были израсходованы на эти цели меньше чем за пять лет, оказался поразительным для всех, кто имел хоть какое то представление о характере кавальере, никогда не отличавшегося альтруизмом или склонностью к транжирству. Для того чтобы сделать из Mediaset суперсовременную высокотехнологичную компанию, способную производить электронно информационную продукцию во всем ее нынешнем разнообразии и распространять ее всеми возможными коммуникационными средствами, за это время было истрачено по меньшей мере 12 млрд. долларов.

Два с лишним миллиарда из этой суммы ушли в 1999–2000 гг. на завершение начатого ранее перехода вещательных телеканалов империи на цифровые технологии типа Betacam SX. Вслед за растущим успехом базирующегося на технологии MPEG семейства SX пришло признание технологии Sony 24р в качестве стандарта съемки и монтажа телепрограмм для обеспечения их повышенной четкости. В октябре 2000 года группа Mediaset поставила перед корпорацией SHS Multimedia задачу разработать и инсталлировать систему цифрового архивного хранения, миграции и быстрого поиска данных в огромной базе информационных ресурсов концерна. Такая система, названная «архивом новостей», заработала в онлайновом режиме с июля 2001 года и стала крупнейшим в истории устройством электронной архивации, внедренным в европейской телерадиовещательной компании. «В результате реализации „архивного проекта“ мы получили революционную методику работы с новостной информацией, — комментировал результаты взаимодействия с SHS Multimedia руководитель отделения исследований и разработок Mediaset Марко Пеллегринато. — Поиск данных стал более развитым и намного более быстрым, а получение информации — гомогенным и полностью автоматизированным. Цифровые технологии и в самом деле становятся эффективным средством нашей повседневной деятельности!»

В сентябре 2003 года Mediaset организует эксперимент по предоставлению услуг в формате DVB MHP (Digital Video Broadcasting — Multimedia Home Platform). Ключевым инструментом пользования этими услугами стала абонентская телевизионная приставка (set top box, STB) корпорации STMicroelectronics, работающая на однокристальной интегральной схеме STi5517, которая выполняет функции MPEG декодера. Посредством этого декодера транслируемый по телесети цифровой видеосигнал может преобразовываться в формат, воспринимаемый традиционными аналоговыми ТВ приемниками. Начиная с 1997 года, STMicroelectronics выпустила на рынок уже свыше десяти миллионов таких приставок и сделала их вполне доступными для массового потребителя.

Но в начальный период своего распространения они поставлялись главным образом на северо-американский рынок, и Mediaset одной из первых в Европе компаний выступила с инициативой их широкого внедрения в практику телевизионных сервисов на территории Старого Света. «Эта инициатива была направлена на удовлетворение двух абсолютно не связанных между собой потребностей наших клиентов, — заявлял директор Mediaset Group по вопросам стратегического маркетинга Альберто Сигизмонди. — Первая из них состоит в получении интерактивного доступа к комплексным инновационным услугам, к числу которых относится, в частности, вся сервисная система электронного правительства. Вторая характеризуется настоятельной необходимостью удешевления предоставляемых современным телевидением продуктов и услуг. Оба этих требования полностью согласуются и с нашей собственной политикой развития телевещания, направленной на расширение спектра программ с одновременным повышением их экономичности и рентабельности. Поэтому мы считаем, что в комбинации возможностей STi5517 и DVB MHP нам удалось найти оптимальное решение, удовлетворяющее эти потребности безо всяких оговорок и компромиссов».

Активное продвижение и стремительная популяризация технологии DVB MHP способствовали прогрессу еще одного перспективного направления деятельности Mediaset — так называемого «наземного цифрового телевидения». Digital Terrestrial TV (DT TV) представляет собой систему распространения цифрового сигнала, воспринимаемого обычными телеантеннами и приемниками без посредства спутниковых тарелок или иных специальных ресиверных устройств. Принцип DT TV предусматривает наличие только двух предельно простых и недорогих приспособлений — интерактивной приставки к телевизору и SCART кабеля, аналогичного тому, который используется для коммутации видеомагнитофонов или DVD плееров — и соблюдение того условия, что местоположение потребителя находится в зоне покрытия сигналом наземного цифрового ТВ. Во втором квартале 2003 года концерн Mediaset в опытном порядке обеспечил возможностью получения этого сигнала две тысячи домов Милана и нескольких других городов Ломбардии, а к концу 2004 года количество пользователей DT TV во всей Италии возросло почти до трех миллионов.

Стараясь соответствовать так долго и тщательно формировавшемуся имиджу медиа-компании мирового уровня и ИТ-лидера европейской телеиндустрии, Mediaset продолжает осваивать все более совершенные технологии производства и распространения информационной продукции, среди которых — разработанная Royal Philips Electronics система Platform4 для предоставления сетевых мультимедийных сервисов пользователям мобильной телефонной связи; волоконно!оптические сети нового поколения, передающие стандартный SDI-видеосигнал в формате DWDM со скоростью 4 Гбит/с; и, конечно же, веб!технологии, которые в практике Mediaset изначально рассматривались не в качестве «вторичного» или «дополнительного» канала передачи информации, а обеспечивали Интернету статус универсальной супермагистрали распространения совершенно оригинального контента. Именно в таком режиме работают сегодня подразделения концерна, относящиеся к числу «новых медиаструктур»: Mediavideo, Tgcom, Tgfin, Jumpy и главный корпоративный портал Mediaset On Line.

Великий, неприкасаемый, бессмертный

 «Nova rex, nova lex».
(«Новый царь — новый закон». Римская пословица)

Тем временем сам император Fininvest и Mediaset Сильвио Берлускони стал не только самым влиятельным бизнесменом, но и самым богатым человеком Италии, чей личный капитал в 10,3 млрд. долларов занял место в списке тридцати крупнейших состояний планеты, по версии журнала «Forbes». Но феномен кавальере заключается еще и в том, что по мере роста его богатства и влияния с энергией снежной лавины нарастает волна скандалов и разоблачений, связанных с методами и средствами, стратегией и тактикой его предпринимательской и общественной деятельности. По подсчетам корреспондентов газеты «Corriere della Sera», за последние двадцать лет Берлускони был близок к тюремному заключению, как минимум, четыре раза. А уж общее количество возбужденных против него судебных дел давно никто и не пытается подытожить.

Впрочем, к скандалам итальянскому медиамагнату No 1 не привыкать, ибо они преследуют его буквально со школьной скамьи: в прессе мелькали даже сообщения о том, что первые свои деньги он заработал тем, что по собственной инициативе брал с одноклассников деньги за просмотр бесплатного любительского кукольного спектакля. В 1981 году Берлускони обвинялся в активном содействии подпольной масонской ложе Propaganda 2, связанной с организованной преступностью и неофашистами. Четырьмя годами позже он был уличен в подкупе миланских судей при разборе конфликта коммерческих интересов и в целях предотвращения покупки его конкурентом государственной корпорации SME, объединявшей предприятия пищевой промышленности. В 1992 году, когда итальянская Фемида начала знаменитую операцию «Чистые руки», направленную на борьбу с коррупцией и мафией, Берлускони попал в поле ее зрения по подозрению в подкупе госчиновников при поглощении холдингом Fininvest нескольких известных фирм. Обвинялся холдинг и в уклонении от уплаты налогов. А в середине 90!х Берлускони выступал фигурантом в деле о финансовых махинациях при покупке концерном Mediaset прав на демонстрацию американских фильмов. Однако все эти процессы обернулись для кавальере лишь тратой времени и нервов, если, конечно, не принимать во внимание тот факт, что в апреле 2003 года его личный адвокат Чезаре Превити был приговорен к 11 годам тюрьмы по обвинению во взяточничестве.

Тем не менее, во имя спасения пошатнувшегося авторитета своего бизнеса и во избежание дальнейших судебных преследований Сильвио в 1994 году решил отойти от непосредственного управления фамильной империей и заняться политикой в масштабах всей Итальянской республики. Он создал собственную правоцентристскую партию «Forza, Italia!» («Вперед, Италия» — традиционный лозунг «тиффози») и, задействовав всю мощь подконтрольных СМИ, был с триумфом вознесен на должность премьер!министра. «Нынешний итальянский премьер стал в 90!х годах фаворитом мафии, — приводит „Financial Times“ слова главаря одной из сицилийских группировок Антонио Джуффре. — К тому времени мы разочаровались в христианских демократах, и новая партия „Forza, Italia!“ возвратила в нашу жизнь чувство энтузиазма».

Но «первое пришествие» Берлускони в политику оказалось недолгим, а потому во второй половине тех же 90 х ему опять пришлось неоднократно представать перед судом и отвечать на обвинения в сокрытии доходов, даче взяток налоговым инспекторам и незаконном финансировании предвыборной кампании своего приятеля и лидера социалистической партии Беттино Кракси. При этом всякий раз адвокаты Берлускони подавали апелляции и выигрывали: дважды приговоры отменялись за недостатком улик, а один раз — за истечением срока давности. И все же, когда в 2001 году у правосудия снова возникли вопросы к Берлускони, он решил не рисковать и вернуться в политику. Опять таки при поддержке верных медиасредств и огромных денежных ресурсов он выдвинул свою кандидатуру на пост главы правительства — и опять победил. Только на то, чтобы отправить каждому избирателю страны свою великолепно изданную авторизованную биографию, он истратил 20 млн. долларов. А самой активной неформальной организацией, способствовавшей его переизбранию на премьерский пост, стала многотысячная армия болельщиков «Милана».

Сегодня Сильвио Берлускони вполне может рассчитывать на включение своего имени в книгу национальных рекордов как глава самого стабильного правительства за всю историю Италии: его кабинет держится у власти с мая 2001 года. Это большое достижение, учитывая, что с момента окончания Второй мировой войны в стране сменилось 59 премьеров, а недолговечность итальянского правительства давно уже является притчей во языцех и темой для анекдотов. Столь долгий срок пребывания Берлускони у власти отчасти объясняется реформой избирательной системы 10 лет назад. Однако этим успехом правительство обязано и личности самого премьера, его харизме. Во многом благодаря ей кавальере удалось даже (вопреки всем принципам республиканской демократии) отстоять в Сенате законопроект о средствах массовой информации, который позволит Берлускони, оставаясь в премьерском кресле, контролировать 90 процентов итальянских СМИ и продолжать приобретение новых печатных изданий, теле и радиостанций. В ответ на постоянную критику со стороны оппозиции в том, что кавальере фактически монополизировал национальную информационную индустрию, Сильвио Берлускони высказал недавно намерение продать свою долю в концерне Mediaset. «Мои дети видят, с какой страстью я посвящаю себя правительству и модернизации страны, — заявил премьер в одном из интервью, — и считают, что если я избавлюсь от телевидения, я буду меньше подставлять себя атакам моих противников».

Поверить в искренность этих слов мешает хотя бы то, что взрослые дети итальянского премьер министра — Марина и Пьерсильвио Берлускони — давно уже сами являются совладельцами и управляющими различных структур Mediaset и даже обвинялись вместе с отцом в причастности к финансовым махинациям в семейной медиа-империи. Та же «Corriere della Sera» неоднократно приводила их высказывания о том, что они возражают против продажи фамильных активов и считают главу семьи и себя самих единственными предпринимателями, способными содействовать развитию Mediaset в верном направлении. Иными словами, не столько «Вперед, Италия!», сколько «Вперед, Империя!».

Судя по прогнозам личного врача Берлускони доктора Умберто Скапаньини, у возможностей реализации этого лозунга богатые перспективы. Профессор полагает, что несмотря на постоянные неприятности вокруг своей персоны, скандальный итальянский премьер может и дальше ни о чем не заботиться, поскольку жизнь ему предстоит если не беспроблемная, то очень и очень долгая. Одержимый идеей найти источник максимального продления жизни человеческой, доктор Скапаньини предпринял ряд научных экспедиций, на основе которых он и построил свою систему долголетия. Следование этой системе при нынешнем физическом состоянии, генетических особенностях и умственной активности Сильвио Берлускони делает его, по мнению профессора Скапаньини, «практически бессмертным».